Тюрин А.И. Избранные аспекты исторического спора о происхождении древнеегипетской цивилизации и религии между египтологией и криптоисторией

В статье производится сопоставление различных теорий о происхождении древнеегипетской цивилизации, затрагивающих религиозные аспекты и разработанных как египтологами, так и теоретиками криптоистории в XIX-XX вв. Выявляются значительные сходства, позволяющие говорить о влиянии одних теорий на другие. Сходства обнаруживаются, в частности, между теориями криптоисторическими, популярными в современности, и давно ушедшими в архив египтологии.

Рост интереса к теме тайн древних цивилизаций в современном обществе привёл к популяризации нетрадиционных, оппозиционных по отношению к науке, концепций, относящихся к т.н. альтернативной истории или криптоистории. Особенно широкое распространение это явление получило применительно к древнеегипетской цивилизации. Концепции египетской криптоистории, отображённые в литературе и документальных фильмах, существуют не только независимо, но и в качестве составной части мировоззрения ряда новых религиозных движений, в корне различающихся по своим вероучениям. Немалое внимание вопросам криптоистории уделяют средства массовой информации. Это привело к тому, что даже при весьма скудных знаниях о древней истории, основы криптоисторических концепций известны едва ли не каждому. Сегодня можно говорить о том, что эти концепции оказывают влияние на очень широкий круг людей.

Что же касается реакции науки, в частности египтологии, на подобного рода концепции, то её реакцию можно охарактеризовать, безусловно, как критическую, порой даже агрессивную. Но при этом специалисты чаще всего предпочитают не вдаваться в детальные подробности исследований, касающихся спорных моментов, ограничиваясь поверхностной аргументацией в пользу несостоятельности криптоисторических концепций. Такая реакция позволяет апологетам криптоисторического подхода выдвигать свою критику методов и теорий египтологии. Последнюю обвиняют также в мировоззренческой предвзятости и пренебрежении рядом источников. Сложившаяся ситуация создаёт почву для философского и религиоведческого исследования.

Начать следует с того, что египетская криптоистория имеет в своей сути не только идею о том, что древнеегипетская цивилизация гораздо древнее, чем полагает наука, но и о том, что знания и возможности Древнего Египта были существенно выше, чем нам кажется. Всё это непременно сводится к теории об аллохтонном происхождении египетской цивилизации, иными словами к утверждению о том, что цивилизация была принесена в Египет извне. Принципиально важным для адептов криптоистории является также вопрос, откуда именно в Египет была принесена цивилизация. Сегодня они, в основном, отстаивают вариант с некой неизвестной развитой, но давно погибшей цивилизацией, а в XIX – XX вв. в этой роли выступала Атлантида Платона.

Назвать конкретного автора теории о подобной связи Атлантиды и Египта не представляется возможным, особенно принимая во внимание то обстоятельство, что теория связана с памятниками античной и эллинистической эпох. Следует предположить, что теория начала активно обсуждаться после оформления египтологии как науки в XIX веке. На фоне вспыхнувшего общего интереса к древности, вопрос об Атлантиде стал волновать специфических исследователей. Здесь стоит вспомнить опубликованную в 1882 году работу американского конгрессмена Игнатиуса Донелли «Атлантида: мир до потопа», в которой, в частности, приводится десять аргументов в пользу того, что Египет обязан своей культурой колонии атлантов. Кроме того, автор приводит цитаты из работ исследователей Ренана и Роулинсона, сводящиеся к тому, что в Египте не было архаической эпохи или, по крайней мере, нет никаких свидетельств о раннем периоде дикости или варварства [2, с.312-314, 318-319].

До обнаружения первых памятников архаического додинастического Египта оставалось чуть больше десятилетия, но за эти и предшествующие годы концепция безархаического Египта снискала немало последователей и широко отразилась в литературе, особенно в религиозно-философской. Так, в своей знаменитой «Тайной доктрине» (1888), Е.П. Блаватская, уже критикуя Ренана и обвиняя его в стремлении «скрыть истину путём умалчивания о древних анналах Божественных Царей, нежели это совместимо со строгою честностью» [1, с.426-427], по сути, отстаивает ту же теорию, апеллируя к представлениям египтян о древней истории, выраженным в «Айгюптиаке» Манефона и Туринском папирусе. Эти два документа – единственные из всех, дошедших до нас древнеегипетских исторических хроник, где присутствует хронология додинастического периода. Сведения об этом периоде, содержавшиеся в труде Манефона, подвергались сомнению ещё его переписчиком Евсевием из Кесарии (ок. 260 – 340 гг.), знаменитым своей «Церковной историей». Правда Евсевия смущало не само наличие династий богов, полубогов и духов мёртвых, а насчитывающий более двух десятков тысяч лет период их правления, ведь это не согласовывалось с библейским повествованием. Евсевий предлагал считать год за месяц, чтобы всё встало на свои места [8, с.7-9]. Предложенный Евсевием вариант, лишённый всяких оснований, не принимался египтологами всерьёз, но до сих пор остаётся непонятным, чему равен год в этом периоде хроник и является ли он постоянной величиной. Так или иначе, доверие хроникам для эпохи Блаватской можно считать более или менее допустимым, но едва ли с таким возвеличиванием, которое ею демонстрируется: «Эти синхронистические таблицы, помимо того факта, что они были искажены Евсевием с нечестною целью, никогда не преступали за пределы времени Манефо. Хронология Божественных Царей и Династий, подобно хронологии возраста человечества, всегда находилась в руках жрецов и сохранялась в тайне от невежественных масс» [1, с.427]. Что же касается вопроса о происхождении египетской цивилизации, то здесь Блаватская не просто разделяет теорию об Атлантиде, но и вписывает её в доктрину семи Рас. «Египет гораздо древнее Европы, в том виде, как она начертана сейчас на карте. Атланто-арийские племена начали заселять его, когда британские острова и Франция даже ещё не существовали. […] Позднейшие племена с ещё большим количеством арийской крови в них, нежели в их предшественниках, прибыли с Востока и завоевали её у народа, само имя которого потеряно для потомства, исключая в Священных Книгах» [1, с.873]. При этом династии Богов, Полубогов и Героев являются, по мнению Блаватской, Тремя Расами [1, с.429]. Интересно, что фрагмент о военном вторжении с Востока напоминает теорию, обретшую популярность в свете археологических открытий У. М. Флиндерса Питри от 1895 года, до которого Блаватская, увы, не дожила.

В 1894-1895 гг. археологи У. М. Флиндерс Питри (1853 – 1942) и Джеймс Э. Квибелл (1867 – 1935) исследовали три некрополя возле египетских селений Нагада и Баллас. Среди найденных вещей не было ничего такого, что обычно составляло заупокойный инвентарь. Да и сами найденные останки, лежавшие на боку в скорченном положении, являли собой не встречавшийся ранее тип погребения. Благодаря этим наблюдениям Питри сделал заключение о том, что древнее население Нагады и Балласа не было египетским, а принадлежало к некой «новой расе», которая вторглась в Египет из Ливии. Питри датировал погребения эпохой VIII-IX династий, но эта догадка не подтвердилась из-за открытий, сделанных Жаком де Морганом (1857 – 1924), главой Египетской Службы Древностей, в некрополе Нагады годом позже. Один из найденных сосудов, возможно, принадлежал супруге фараона Нармера – это стало отправной точкой для исследований археологического материала, показавших, что «новая раса» принадлежала к додинастическому населению Египта, изначальной родиной которого была, по мнению де Моргана, Азия [3, с.125-126]. Исследование египетской архаики началось, при этом научная теория об аллохтонном происхождении египетской цивилизации стала обретать серьёзные очертания и завладела умами исследователей. Итак, Питри был вынужден изменить свою точку зрения, столь отчётливо сформулированную: «По-прежнему остаётся вопрос о связях, установленных между Новой Расой и Амореями. Сходства слишком близки, чтобы быть случайными, они лишь подтверждают точку зрения, уже давно выдвинутую. Амореи были белым народом, как и Ливийцы; их облик на египетских памятниках схож, и оба народа были великими строителями дольменов. На этом основании профессор Сейс предположил, что они являются ветвями одной расы, и их портрет давно убедил меня в вероятности этого. Отсюда и решение вопроса об идентичности керамики Амореев и той, особой, что принадлежала Новой Расе, они обе являются частями одной и той же инвентарной традиции. То, что они ответвляются независимо, показывают волнообразные ручки сосудов, более поздние разновидности которых, от эпохи, когда Новая Раса шла на Сирию из Египта, были найдены в Палестине. Но и в Сирии, и в Египте они берут начало от одного типа. Это возможно лишь при условии, что вторжение Амореев в Сирию было частью того же движения на восток, что и вторжение Новой Расы в Египет» [9, с.64]. Концепция Питри несколько раз менялась, неизменным оставалось лишь положение о военном вторжении этой расы в Египет. Для нас же более принципиален следующий аспект религиозных отношений, имевших, по представлению Питри, место между представителями вторгнувшейся расы и местным населением. Династическая раса поклонялась Хору, а родовым богом народа Ану (местного населения) являлся Сет, поэтому отношения были крайне враждебными. Питри считал, что на булаве царя Скорпиона изображена временная победа народа Ану над инородцами, о чём свидетельствуют чибисы с переломанными крыльями, повешенные на штандартах Сета и Мина [3, c.127-128].

И всё же Питри был до конца жизни убеждён, что Египет обязан письменностью, навыками каменного строительства и принципами организации общества пришельцам из горного Элама, т.е. «династической расе» [3, с.128]. Исследование этого вопроса стало предметом не только археологических, но и антропологических изысканий. В пользу теории об аллохтонном происхождении «династической расы» говорили, прежде всего, необычные антропометрические данные найденных останков. Самой известной работой на эту тему стала статья «Династическая раса в Египте» профессора анатомии Египетского университета в Каире д-ра Дугласа Э. Дерри в Journal of Egyptian Archaeology за 1956 год. В ней рассказывается, как в первом десятилетии XX века экспедиционными группами д-ра Джорджа Рейзнера было раскопано несколько могильников додинастического периода в Нубии и эпохи IV-VI династий в районе Гизы. Сравнительный анализ останков привёли к неожиданному открытию, что «строители пирамид были иной расы, нежели народ, потомками которого они, как предполагалось, должны были бы быть». Согласно рассуждениям Дерри, династический народ не мог прийти с юга, т.к. не содержал никаких негроидных элементов. Маловероятно, что этот народ пришёл с запада, ведь пересечь пустыню тогда было чрезвычайно трудно, к тому же никаких признаков этого народа к западу от Египта не было обнаружено. Его следов не было обнаружено и в Дельте, что, скорее всего, было бы, если бы этот народ пришёл с севера. Таким образом, наиболее вероятным регионом, откуда могло быть осуществлено вторжение, оказывался восток. Также серьёзный контраст между двумя расами показали останки, найденные в 1909-1910 гг. на кладбище неподалёку от Каира на восточном побережье долины Нила, относящиеся к позднему додинастическому периоду и эпохе I династии. Дерри сделал заключение о «присутствии доминирующей расы, возможно немногочисленной, но существенно превосходящей коренное население интеллектуально; расы, которая принесла в Египет знание о каменном строительстве, скульптуре, изобразительном искусстве, рельефах и, прежде всего, письменности: отсюда огромный скачок от примитивного додинастического Египта к передовой цивилизации Древнего мира» [7].

Эти исследования стали плацдармом для ещё более подкреплённой различными доводами теории о военном вторжении в Египет «династической расы», описанной археологом, профессором египтологии Лондонского университета Уолтером Б. Эмери в его труде «Архаический Египет» (1961). Эмери делает акцент на феномене «скачка», т.е. неких кардинальных изменений, которые якобы произошли в Египте примерно за 3400 лет до н.э., и в результате которых страна перешла из состояния развитой неолитической культуры к государственности, возникло письмо и монументальная архитектура. Всё это, по мнению Эмери, было достигнуто за сравнительно короткое время, т.к. не имелось почти никаких данных, которые свидетельствовали бы о длительном переходном или подготовительном периоде и послужили бы историческим фоном для развития письма и архитектуры [6, с.36-37]. Здесь необходимо отметить, что на современном этапе имеется уже совершенно иная картина, свидетельствующая скорее в пользу плавного перехода. Но тогда эта концепция, как и теория «династической расы» переживала свой апофеоз и была выражена Эмери в таких словах: «Как бы то ни было, но к концу четвёртого тысячелетия до н.э. уже существовал народ, традиционно известный как «последователи Хора», составлявший цивилизованную аристократию или правящую элиту, в руках которой оказался весь Египет. Теория существования этой «расы господ» базируется на открытии чисто анатомического характера. Так, в могилах позднего додинастического периода в северной части Верхнего Египта были найдены останки людей, черепа которых имели больший размер, а тела были длиннее, чем у местного населения. И это различие столь разительно, что любое предположение, будто этот народ ведёт своё происхождение от тех же предков, что и более раннее население Египта, просто невозможно» [6, с.38]. Действительно, известное ещё из памятников староегипетского языка понятие Smsw Hr (спутники или последователи Хора) подходило сюда ещё в свете предположений Питри о противостоянии культов двух богов. Однако, теория о вторжении «династической расы» ещё к середине века начала постепенно рушиться, а вместе с ней и эта привязка понятий. К причинам этого следует отнести исследования американского археолога Генри Фрэнкфорта, показавшего важную роль культурных контактов между Месопотамией и Египтом, нанеся тем самым удар по теории о вторжении [5, с.69], а затем и проникновение в антропологию Египта популяционной генетики [3, с.133], показавшей, что те особые додинастические останки принадлежат представителям местного населения.

Теперь обратимся к криптоисторической литературе. В 1953 году в Швейцарии была впервые опубликована книга инструктора по йоге Элизабет Хейч под названием «Посвящение». Книга получила большую популярность, была переведена на несколько европейских языков и издавалась в разных странах мира. Следует также отметить, что пик популярности книги в России пришёлся на первое десятилетие XXI века. В той части книги, которая касается мировой истории, Хейч пишет, что когда-то на Земле жила раса людей, совершенно отличная от всех земных рас. Своей божественной чистотой эта раса заслужила право называться «Сынами Бога». В то же время на Земле жили и другие существа. Их тела были более «материальными», чем тела Сынов Бога, и они стояли на низшей ступени развития. Их дух был подавлен, и они полностью отождествляли себя со своим организмом. Они жили в джунглях, сражаясь с дикой природой, животными и себе подобными. Эти существа и были предками современных людей. Раса сынов человеческих является гибридом этих двух рас. Континент, некогда служивший обителью Сынов Бога, был полностью уничтожен. Некоторые из Сынов Бога построили огромные корабли и отплыли от обречённого континента, отправившись на восток, север, юг, а те, кто взял курс на запад, приплыли в Египет. Благодаря своим знаниям, мудрости и любви они скоро завоевали сердца аборигенов и стали их вождями. Им поклонялись, их почитали как богов и полубогов [4, с.180-183].

Сравнив представленную Хейч интерпретацию с вышеизложенными теориями, мы можем совершенно обоснованно предположить, что Хейч просто синтезирует теорию Блаватской и теорию «династической расы». Но, как и Блаватская, если смотреть на это таким способом, Хейч так же использует для своих интерпретаций те теории, которые господствовали в египтологии на момент написания книги. Это, разумеется, не означает, что идеи Хейч могли разделить египтологи той эпохи, которые тогда уже, кстати, столкнулись с отцом альтернативной египтологии Р.А. Шваллер де Любичем.

На современном этапе в египтологии принято придерживаться автохтонной теории происхождения египетской цивилизации, но об окончательном утверждении именно такого происхождения египетской цивилизации говорить пока рано.

Статистический анализ выявил значительные различия между додинастическим и раннединастическим населением юга и севера Египта, при этом окончательный ответ на вопрос о времени и причине формирования этих различий до сих пор не получен. Основной точкой зрения является продолжительное изолированное существование мелких популяций в различных экологических нишах в самом Египте [3, с.37].

Египтология становится всё более зависимой от других наук, поэтому одной из основных тенденций развития египетской криптоистории, как области знания, является оспаривание данных различных научных исследований, касающихся египтологии, через специалистов в соответствующих науках. Но такие материалы изучают лишь интересующиеся спором криптоистории с египтологией, а криптоистория сильна своей распространённостью в СМИ и литературе для широкого круга читателей. И вот здесь, в качестве заключения, необходимо отметить, что в отличии от египтологии, криптоистория с середины XX века так и не шагнула вперёд по части своих фундаментальных основ, таких как теории происхождения египетской цивилизации, которая известна, в первую очередь, своими религиозными памятниками. С другой стороны, криптоистории это и не нужно, ведь аллохтонные теории ещё имеют теоретическую возможность подтвердиться. Явно негативным следует признать тот факт, что на современном этапе для широкой аудитории, особенно в России, где актуальные научно-популярные египтологические издания фактически отсутствуют, изливаются криптоисторические концепции, имеющие явные сходства с теориями, давно ушедшими в архив египтологии. Всё новыми тиражами издаётся старая литература. В то время как новая литература, в частности по египетской криптоистории, либо просто не переводится на русский язык, либо издаётся в переводе очень низкого качества.

Так или иначе, приведённое сопоставление показало, насколько много общего было у ряда криптоисторических и египтологических теорий до середины XX века. Тогда целый ряд трудов по египтологии содержал самые невероятные допущения и смелые утверждения, которые, наверняка, повлияли на авторов криптоисторических концепций. В силу объективных причин такая традиция в египтологических трудах прервалась.

Библиографический список:

1. Блаватская Е. П. Тайная доктрина. Том 2. – М.: Эксмо; Харьков: Фолио, 2010. – 944с.
2. Донелли И. Атлантида: мир до потопа. – Самара: Агни, 2004. – 444с.
3. Крол А. Египет первых фараонов. – М.: Издательство «Рудомино», 2005. – 224с.
4. Хейч Э. Посвящение. – М.: ООО Издательский дом «София», 2004. – 448с.
5. Шеркова Т. А. Рождение Ока Хора: Египет на пути к раннему государству. – М.: Праксис, 2004. – 376 с. – (Historia rerum).
6. Эмери У. Б. Архаический Египет. – СПб.: Журнал «Нева»; ИТД «Летний Сад». 2001. – 384с.
7. Derry D. E. The Dynastic Race in Egypt // Journal of Egyptian Archaeology. Vol. 42 (Dec., 1956), pp. 80-85.
8. Manetho. / With an English Translation by W. G. Wadell. – Cambridge, Massachusetts: Harward University Press, 1964.
9. Petrie W.M.F., Quibell J. Naqada and Ballas. L., 1896.
10. Wilkinson T.A.H. Early Dynastic Egypt. L., 2001.

Тюрин А.И. Избранные аспекты исторического спора о происхождении древнеегипетской цивилизации и религии между египтологией и криптоисторией // Учёные записки ОГУ. Серия: Гуманитарные и социальные науки. №6 (44) 2011. — С. 307-311 ISSN 1998-2720